Статский советник Евграф Тулин [сборник] - Георгий и Ольга Арси

убили. Кто и за что, не известно! Я могу догадываться, что это связано с третьей партией! – со слезами на глазах, проговорил несчастный ювелир.

– Продолжайте, прошу вас. Очень важно разобраться в жизни вашего брата. Как ваш покойный брат объяснял наличие таких монет своим клиентам? – вновь уточнил сыщик.

– Очень просто, он реализовал их по своим связям. Многие господа, из высшего общества, с удовольствием приобретали. Никто ни о чём и не спрашивал. Это хорошее вложение средств. Но затем желающих становилось всё меньше и меньше. Перед ним стал вопрос, каким образом продолжать сбыт монет? Тем более, у него были обязательства по третьей партии, деньги за которую нужно было отдать полностью людям с Урала. Свободных денег у него не было. Все средства были потрачены или на строительство домов, или вложены в коммерцию. Он очень переживал и не спал ночами. Потом ударился в мистику, увлёкся спиритизмом.

– Получается, что партий денег было три. И все по одной тысячи монет. Огромные деньги. Из этого следует, что неизвестные курьеры увезли на Урал капитал равный капиталу купца первой гильдии, а ваш брат прикарманил ещё один подобный капитал.

– Получается, что так. Только закончилось это могилой, – горестно вздохнул ювелир.

– Когда вы узнали о его трудностях? – уточнил Тулин.

– Недавно, неделю назад. Он вдруг начал испытывать странное беспокойство, очень переживать. Поэтому пригласил меня и поделился своими подозрениями и переживаниями.

– В чём они? – вновь спросил Евграф.

– Дело в том, что большую часть этих имперских денег он продал благодаря именно маркизе д, Альвейдром. Её салону. Практически всю третью партию империалов. Он их продал благодаря потусторонним духам и колдовству маркизы. Она во время сеанса обещала ему помощь потусторонних сил. У него всё получилось, вдруг появился неожиданный и хороший покупатель. Этот покупатель купил всю партию. Даже переплатил сверху достаточно хорошую сумму. Илья был доволен вначале, а затем начал волноваться, – ответил ювелир, вытирая глаза от слёз.

– Почему? – кратко уточнил сыщик, стараясь не перебивать ювелира.

– Среди денег, которые отдали за эту партию империалов, нашлись фальшивые деньги. Совершенно случайно, к тому же после того, как все вырученные средства отправились на Урал, курьерами.

– Как ваш брат узнал об этом? О наличии фальшивых денег?

– Совершенно случайно, как я сказал. При какой-то сделке со знакомым купцом. Оставалась сумма денег от продажи империалов. Именно тех, которые переплатил за старинные монеты покупатель. Он решил расплатится с купцом за какое-то дело. Через несколько дней тот вернулся со скандалом и отдал назад несколько купюр. Деньги оказались фальшивыми. Им удалось договориться и не поднимать шуму. Но Илья начал беспокоиться, нет ли среди тех денег которые были направлены на Урал, фальшивых? Он очень боялся. Долг было отдавать не чем! Да и не собирался он ничего отдавать. Не в его правилах! Он был жаден по отношению к чужим людям и обществу.

– Не знаете ли вы, откуда курьеры? Кто исполнял эту работу? – уточнил Евграф.

– Этого я не знаю. Знаю только, что самым главным ездил убитый приказчик. Он и подбирал людей. Это был самый близкий человек к Илье. Вместе с ним и умерли все тайны, – сказал ювелир, глубоко вздыхая.

– Расскажите, а как ваш брат познакомился с этой маркизой? И в чём её помощь? – уточнил Кротов, молчавший всё это время.

– Очень просто. Мой брат получил приглашение на сеанс спиритизма. Некая особа, российская графиня, Мария Ивановна Келлер, она же итальянская маркиза д, Альвейдром, пригласила его. Надо добавить, что он очень верил в мистику. Приглашение принял. Затем ездил ещё несколько раз. Ему очень нравилось и льстило, что он знаком с подобной женщиной. Она просто обворожила его своим вниманием. Он очень доверял ей. В одну из ночей он решился задать вопрос духу по возможности реализации имперских денег. Сеанс проходил в присутствии самой графини и её мужа. Лишних людей не было, они были втроём. Именно это его и сподвигло на такой откровенный поступок. Дух, вызванный в ходе сеанса, обещал скорейшее решение вопроса и обратил внимание, что к нему вскорости прибудет человек в чёрном. Через день к нему приехал неизвестный господин и попросил продать все монеты разом. Он продал.

– Всё ясно! Скажите, а как возможно найти этих людей с Урала? – уточнил Евграф.

– Я их ни разу не видел и совершенно не знаком. Всеми этими делами занимался покойный брат. Помочь не могу. Вы знаете, я вчера был у этой маркизы. Привела меня к ней моя жадность. Признаюсь честно. Подумал: «А может отдаст деньги? Хотя бы часть. Брату всё равно уже». Она совершенно спокойно ответила мне: «Мы здесь не причём. Мы только проводим сеансы. Причём здесь ваши дела. Выйдите вон». Выгнала меня, хорошо, что не избила. Что мне делать? – удручённо спросил ювелир.

– Даже и не знаю, Афанасий Прокопыч. За изготовление фальшивых денег, светит каторга. Конечно, вы здесь не причём. Но это может показать только дальнейшее следствие. Надеюсь, что вы были искренны. Вот что, Афанасий Прокопыч, оставлю я у вас в доме двух надзирателей, во главе с Фёдором Фёдоровичем Плашкиным. Могут нагрянуть к вам нежданные гости. Уж больно в опасном деле вы замешаны. Много знаете. Из дома не выходите. Вот вам мой совет.

– Как долго? – спросил обеспокоенный ювелир.

– Как понадобится, если жизнь дорога! – ответил Тулин

– Как прикажете! Неужели так всё опасно? Я всегда боялся опасностей. Они не по моему характеру! Всё выполню! Всё, что вы приказали и рекомендовали! – ответил удручённый ювелир.

– Вот и отлично. Удачи вам. Поехали в сыскное. Доложим Струкову, – обратился Евграф к Кротову, встал и попрощавшись с хозяином, вышел.

– Ну что, Егор Егорович, как ты думаешь по всему этому? – уже на улице спросил Тулин.

– А что тут думать. Всё очень просто. Обманули Финагенова. Деньги, империалы и дукаты, взяли. Фальшивые деньги подсунули. Старо как мир, – ответил надзиратель.

Глава 16 Городишко Сатка. «Император Пётр Фёдорович»

Выйдя из Чебаркуля, «Император Пётр Фёдорович» последовал в сторону Сатки и Уфы. С ним было от силы чуть больше двухсот казаков. Последнее время сильно не везло. Правительственные войска сокрушили более чем десятитысячное войско. Много было убитых и раненых, взятых в плен. Большое количество людей разбежалось во все стороны, кто куда. На подъезде к саткинским местам его встретил атаман и полковник Кузнецов, отвечающий за эти края ещё с прошлого года. Здесь он устанавливал, вместо крестьянского и работного быта, казачий порядок. Кроме того, готовил пушки, оружие и различные припасы для отрядов, сражавшихся с правительственными войсками под Челябой и Уфой. Знали они друг друга давно, доверяли. Поэтому, без лишних людей, говорили откровенно и обращались друг другу просто, без условностей.

– Что скажешь, Иван Степанович, долго нам осталось жить? Опять Михельсонишка нас разбил! Иван Иванович Михельсон, генерал знатный. Человек, смелый и умный. Хороший генералишка. Не чета многим, Катькиным дармоедам и ворюгам. Не зазорно от него и поражение принять, – уточнил Пугачёв у атамана Кузнецова, следуя по дороге на Уфу, минуя Миасс.

– Да ладно тебе, батюшка, горевать. До Москвы ещё дойдём. Через тридцать верст будем у малого городишки Сатка. Там нас обогреют, напоят и накормят. К тому же, по докладу и эстафете, недалече войско нас ждёт. Салават Юлаев[126] обещал подойти с башкирцами. Они воины сильные, без страха. Казакам ровня. Повоюем ещё. Салават две тысячи всадников выставляет. Сам я подготовил из Саткинских, Юрюзанских, Миасских и Златоустовских ещё пятьсот. Готовы уйти с тобой в любую местность.

– Я, братик мой, не горюю. Я знаю, что бить нас дело невыгодное. Пока люд будет вельможами недоволен, до тех пор и у нас армии будут. Главное, самим в беду не попасть и голову не потерять. Неужто ты